«Петя выстоял»: Елизавета Туктамышева оценила прокат Гуменника в Милане

Вокруг Елизаветы Туктамышевой и Петра Гуменника давно ходят слухи: поклонники уверены, что фигуристы встречаются, хотя официальных подтверждений тому не было. Тем не менее Туктамышева оказалась в Милане на Олимпиаде вслед за предполагаемым бойфрендом — но в статусе журналиста. После короткой программы Гуменника она в эфире Okko прокомментировала его выступление и подчеркнула, что перед стартом на фигуриста давило буквально всё, включая собственные ожидания.

«Я не была уверена. Никто не представляет, какое давление на него оказывалось и какое он сам на себя давление оказывал. Поэтому он справился с этой задачей, он выступил неплохо. Наша любимая фраза в фигурном катании: „Короткой нельзя выиграть, но можно проиграть“. Главное, что он с этой задачей справился. Он будет где-то там, приближенный к лидерам.

Лидер у нас обычно получает 110, 100, 98. Потом — где-то в десятке — 86–87. Но почему мы любим мужское одиночное именно? Потому что в произвольной обычно всё кардинально меняется, и в произвольной можно будет отыграться», — отметила она.

По словам Туктамышевой, из-за баллов за короткую программу драматизировать не стоит: у Гуменника еще будет шанс отыграться в произвольной, тем более по заявке у него один из самых сложных наборов.

«Сейчас предлагаю не акцентировать внимание именно на вот эти баллы, которые мы увидели в короткой — 86 с копейками, — а думать о том, сколько он может вообще себе принести за счет произвольной программы, потому что у него контент — один из самых сильных вообще по заявке на Олимпийских играх. Он, может быть, Даниэль Грассль (Италия), Илья Малинин (США), Михаил Шайдоров (Казахстан). Никто не заявлял, кроме вот этих ребят, пять четверных. Поэтому самое важное, что он не потерял много баллов сейчас, а выстоял», — добавила 29-летняя спортсменка.

Сам Петр после проката объяснил, почему к старту пришлось готовиться не только ногами, но и нервами: в последние дни перед соревнованиями возникли проблемы с выбором музыки. По его словам, ему не разрешали выступать под саундтреки из фильмов «Парфюмер» и «Дюна», поэтому решение искали буквально на финишной прямой.

«Менять музыку было нервно, буквально за 2–3 дня до выступления. В день вылета мне сообщили, что музыку не одобрили, и у меня сразу появилось очень много вариантов. Думал про „Дюну“, про „Раммштайн“, который в России мне не хотели разрешать. А тут вроде должны разрешить.

Пытался связаться с Тилем, в итоге даже связался с командой „Раммштайн“, но права получить уже не успел. Пришел к тому, что надо катать „Дюну“. Но уже когда приехал в Милан, мне сказали, что новую музыку иностранного автора уже оформить не получится.

Сначала Тамара Николаевна нашла композитора, который с помощью нейросети сделал очень похожую музыку, в которой были акценты в тех же местах. Но лично меня напрягало, что это была неестественная музыка. Есть вещи, которые меня смущали. Потом мне подсказали, что есть композитор Эдгар Акопян, музыка из фильма „Онегин“ — моя тема, значит, нужно ее брать», — рассказал 23-летний Петр.

Хореограф Илья Авербух также оценил прокат: он отметил, что идеально откататься не получилось, но ключевую задачу — минимизировать ошибки на сложном контенте — спортсмен в целом выполнил.